?

Log in

No account? Create an account


Что же я сейчас схавала? - трясусь от злости в фойе Ледового дворца... Наш Универсум неумолимо сжимается... прерваны последние временные связи, провалены явки, все разъято на мелкие детали, частички и пыль, крошечные шероховатости superficial... осталось только здесь и сейчас! Но даже в этой супер-фрагментарности бренд “Земфира” что-то да значит! - Еще бы! - прочищает горло мой Учитель, - это ведь главная газовая труба откуда-то куда-то там... -  Какая труба, - ору я, - это компания по производству того, чего не существует в природе... Пытаюсь взять себя в руки.  Кого ебет, что бренд “Hugo Boss” разработал нацистскую форму, бесчеловечно, но красиво же черт возьми! В Питере вновь наметилась зима... машина моя, сука, забарахлила... придется пилить в центр, задыхаясь от финского ветра... Сейчас из зрительного зала выплывет моя подруга Мариночка... одно ее слово в защиту и я вцеплюсь ей в глотку... Но, стоп... она еле дышит... ей требуется серьезная помощь... Пиздец! - шепчет она сухими губами, - Женька! На хуя перед выходом слушали Siouxsie и Вертинского, на хуя смотрели Salome в Covent Garden...  Кому это надо? ... Ты видела, видела? ... Да, уж, - повеселела я, мурлыкая, - Жужа, лужа, анечка, маечка... Приятно наблюдать муки ближнего.
Мой первый поход в реалити концерт бренда “Земфира” неудачен настолько, что и сейчас, спустя сутки, надеюсь на лучшее... Мы, русские свиньи, не слушающие фанк, мы, падлы, устроенные, хуй знает как, не вздрогнули, не спалились, не рванули к выходу, когда на наши бездарные головы обрушился message бренда “Земфира”... О чем поет плохая копия Фанеса? Трудно сказать. С огромных экранов смотрит в зал безучастное лицо не влюбленного “кумира”... Поем об одном, думаем о другом, не живем с третьим... Не живем! Это и есть главное в песнях бренда?! Но ведь и Смерти в них тоже нет!.. В них нет НИЧЕГО, что хотя бы отдаленно приближало к Бытию... пусть чудовищному... исковерканному... подыхающему в цветущих болотах Иртхи...



Бренд “Земфира” - в мега-палате для умалишенных, для удобства размещенной в дни школьных каникул в Ледовом дворце...
Да хранит нас Бог!
В устье реки Чапоры раскинулся обычный городок с одноименным названием. Пляж в этом месте узкий, пресные набегающие волны, смешанные с морскими, не такие тяжелые, не вздымают песок и не пламенят воображение. Справа рыбацкая артель, вонища страшная, не подступиться. На пляже ни единого человека.
Но кто не знает Чапоры?!
В разгар душного дня мы притормозили на Центральной улице, у «Джус-центра». Крохотное фанерное строение, из тех, что наводнили Москву в начале 90-х (я сама владела двумя такими, и первую постперестроечную машину сделала, толкая самопальные записи Булановой, сникерсы и прочую хуйню!) В «Джус-центре» торгуют свежими соками и фруктовыми салатами. Дешево! В соседней забегаловке - в три раза дороже! Вокруг палатки деревянные столы и лавки, под раскидистым деревом широкий бетонный выступ… И столы, и лавки, и выступ от заката до рассвета и само собой вновь до заката плотно забиты людьми… Девушка напротив, зыркнула в нашу сторону, хрустнула костяшками пальцев: «Денег нет, гашиша нет, ничего нет!», в ужасе обхватила голову… Слова ее, подхваченные игривым ветром, долетели до соседнего стола, там раскуривали чилам, раскурив, протянули нам… На халяву! Я курнула, и соленые волны, смешанные с пресной Чапорой, лизнули ступни… Безумная девица из веселого воинства Диониса подмигнула мне… Хорошо!



А наутро опять подумалось о дружбе: … У нее были удивительные пальцы, тонкие, в темно-синих, почти черных, жилах и еще голос, мецо-сопрано… Почти всегда она была навеселе, а если вдруг трезвая, то жутко деловая, чего бы выпить?… Она так и умерла пьяненькой одним отвратительным зимним утром, сжав от злости юбку в кулак. За месяц до смерти вдруг разрыдалась, мол, никто с ней не дружит, из-за нелегкого характера или почему другому. Как же так?… - бесилась я, стараясь попасться ей на глаза, но она, уворачивая взгляд, чего-то шарила в ногах, щупала ногти, подтягивала колготки… А потом у нее был концерт, последний… Стоя на краю сцены и, касаясь губами микрофона, она крикнула в зал: «Героям посвящается!» и запела. Кому, кому? – усмехнулась я. Музыка была незнакомой. Из-за грохота, слов не разобрать… Она просто открывала рот. Но вот барабанщик вскинул палочки, однако, в барабаны не ударил. Наступила пауза. И только песня: Вы, бля, суки, мрази, уроды, хули моргаете?! песню им подавай! а это видели? Ты вот, ты, - я с ужасом поняла, она обращается ко мне, - таскаешься за мной?! вынюхиваешь?! сука драная, гоношишься, мозги ебешь?! дружить захотела?! ты-то что в этом понимаешь?! дружить тебе нечем! в тебе крови пол-литра, всю тебя с потрохами и закусью хватит на пару затяг… что, не нравится? нет, ты, блядь, слушай, слушай…

…И тут ударили барабаны…
ХАМПИ. Sleeper bus на деле оказался гнусной колымагой, с огромными щелями в обшивке. По обе стороны узкого прохода – в два яруса - фанерные короба в человеческий рост. Вы туда ложитесь и … отдаетесь во власть водителя. О, он может все! не исключено, на остановке подложит вам какого-нибудь индуса, короба двухместные. Правда, никто здесь не парится на этот счет. Индуса, так индуса, на другой бок, и дальше трястись… В Хампи на автобусной остановке мы подцепили сообразительного парня-проводника по имени Джавид…



Чтобы забраться на гору Обезьян, необходимо преодолеть пятьсот с лишним ступеней вертикально уходящих к вершине и подкормить обезьянок. Обезьянки за каждым выступом, а то скачут рядом, или набрасываются на рюкзаки, требуя бананы (мы запаслись ими у подножья)… Небесные создания, если бы не одышка и громыхающий в висках пульс… На горе… разбрелись кто куда… разрушенный город внизу и красно-коричневый закат перед глазами… Сегодня - закат Touch Down, в том смысле, что солнце садится не в тучу, а как бы соприкасаясь с горизонтом, бесследно растворяется прямо на глазах в «ничто»… На горе небольшой ашрам, посвященный Богу Обезьян (Хануму) Согласно легенде, он помог вызволить Сати (будущую жену Рамы) из плена злых демонов… Брамин, с лихорадочным, я бы сказала, туберкулезным взглядом, полуголый, опутанный до пояса волосами, совершил на наших глазах короткую «пуджу», благословил и накормил божественными дарами (прозрачные кристаллики, сладкие на вкус)…


















В Хампи много свободного пространства, куда ни посмотри, всюду пространство, хочешь, иди, хочешь, не замечай… Мы лежали на каменном плато, уставившись в безмятежное небо (как часть этого самого пространства). Однако, в предчувствии перемен, едва соприкасаясь, подрагивали наши пальцы… И вдруг, чуть поодаль, заплакал индийский ребенок… Его голосок, звонкий и пронзительный, как птичий крик, понесся над нашими головами… Он взял какую-то особую ноту, больно зацепившую сердце… Я как-то враз и безнадежно обессилела, в глубоком бессилии, прикрыв глаза, ждала… Ребенок плакал и плакал. Его никто не успокаивал, будто он остался один в целом мире… Голос… Музыка… рожденная в деткой груди… Беспокойные камни…

… И только высоко у царских врат
Причастный тайнам, - плакал ребенок,
О том, что никто не придет назад. *


В Хампи мы много болтали:

О Дружбе

Я бы хотела дружить со многими своими соотечественницами: яростными, талантливыми, острыми на язык, беспощадными, жестокими, добрыми, крикливыми, уродливыми, красивыми, любящими Prada и ненавидящими, отбивающими мужей у своих сестер, соблазняющими малолеток, предательницами, лживыми потаскухами и гордыми, добросовестными суками! Есть чему поучиться у них, да и много ли мы понимаем в дружбе, задумалась я, подъедая омлет. Любочка пожала плечами, Мариночка взвилась, не охуела ли я? Может статься, но почему именно здесь, в Гоа, со мной случаются приступы звериного отчаяния, мол, жизнь проходит, то есть почти прошла, а я так и не задружила со многими, с кем хотела и хочу. Не так давно, вроде, получилось…




На север Гоа мы поехали с Мариной. Люба осталась в Палолеме караулить дом.
Так получилось. И получилось хорошо!



* А.Блок "Девушка пела в церковном хоре"

Pets Party

Эти друзья всегда с нами, мы часто ими меняемся, угадайте кто с кем сегодня?










Гоа. 90.1 по Фаренгейту

В Палолеме, как выяснилось, до хуя дел. С утра зависаем у моря, купается лениво, лениво завтракается, лениво шевелятся руки и пальцы на руках, говорим мало, что-то типа, пиздец, как красиво, до полудня лениво мечтаем, мол до вечера далеко, все успеется, открываем веки, е-мое, солнце быстро садится в сиреневый туман, чуть не пропустили, да ладно, успели же… через двадцать минут стрелка, надо взять ключи от байка и сам байк ( у нас их два на троих)… трем между делом, в 8.00 лайв мьзик, по ходу съедаем приготовленную на гриле кингфишер, на лайв мьзик не получится, получится на соседний пляж, на транс-вечеринку, едем на байках, хотя дойти 10 минут, но круто врезаемся колесами в песок… Марина зевает, подъзаебалась и пора спать, до хуя сделали за день, Любочка тоже торопится домой, я привезла из Москвы виски, успеть бы до рассвета. Завтра в ночь уезжаем в sleep bus (автобус, с подвешенными гамаками) в Хампи. Это Карнатака (соседний с ГОА штат). Едем одни, без проводников. В Хампи, в ашраме, на горе, живет брахман. С ним мы намерены встречать рассветы, если, конечно, повезет…



Палолем, вид из окна



Любочка



Мариночка




Я с Сашей Сухочевым, автором книги "Гоа-синдром" на транс вечеринке




Палолем без нас


Feb. 27th, 2008

В "Орландина" на пятой песне ("... Солдатами не рождаются, солдатами умирают...")вырубило свет и аппарутуру. Лилово-огненно хлынуло с потолка в зал... на секунду всех заклинило. Я рванула к выходу. На улице огромная толпа за билетами, ОМОН, милицейские машины, звонки пожарным, снег... Я улыбнулась, Летов не захотел сегодня своих песен... Остаток вечера думала хуй знает о чем..
"...Когда я умер, не было никого, кто смог бы это опровергнуть" Уезжаю в Питер на вечер памяти Летова (24-е, клуб Орландина, Петроградская сторона)
Вернулась из Берлина (была на Берлинале, об этом подробно написано в ЖЖ у Коли Алексеева). Главным действующим лицом в этой поездке была дорога, дорожное полотно, четкое, темно-серое, черное, убегающее под колеса авто. Дорога! Назову ее условно шизоидным потоком, который много чего может принести с собой, Дрезден, Франкфурт на Одере, Потсдам, поцелуйчики в машине... 2-го улетаю в Индию.

Feb. 20th, 2008

Не поднимайте бровь, над мысом катастроф
Ползет шизоконечная звезда...